Если мы хотим победить Запад — надо создавать новую невиданную культуру

Почему мы проигрываем Западу схватку за судьбы мира? В чём его сила? За счёт чего он заставляет народы и государства играть по своим правилам?

Ведь дело здесь совсем не в военном или каком-либо ином материально-техническом превосходстве. До XIX века Запад никогда не жил лучше русских, арабов, персов или китайцев. Как раз-таки наоборот: Запад выбрался из нищеты, эпидемий, грязи и беспросветности только тогда, когда опутал мир своей особой деляческой технологической “моралью”… И Россия в настоящее время – типичная “моральная”, “духовная” жертва Запада.

По мнению писателя Олега Матвейчева:

“Мы мыслим на языке Запада, всё человечество мыслит на западном языке. Нет, каждый может коммуницировать на арабском, японском и даже мумбу-юмбу. Но когда он начинает коммуницировать по поводу коммуникации, он переходит на мета-язык, язык западный. Каждый может познавать на своем урду или хинди, но когда он начинает познавать познание, когда он начинает объяснять, он переходит на категории, на понятия, на метаязык, то переходит на западный язык. Но то, как ты мыслишь, тобой и владеет, Запад владеет миром через дискурс, через правила и категории. А разве язык экономики во всем мире с её инвестициями и инфляциями не западный? Другого нет. А язык политики с её демократиями, разделениями властей, выборами, тоталитаризмами и феодализмами? Западные концепции, и других нет. И так в каждой хоть гуманитарной, хоть естественной, а тем более в технической дисциплине!

Но и это еще не всё. Запад ненавязчиво правит миром через саму используемую технику. Абсолютная глупость считать, что техника — это “только средство”, которое-де можно использовать как во благо, так и во зло, что она инструмент, она нейтральна. Техника родилась в особом мире и требует для себя особой онтологии, которую и воспроизводит. Китайцы когда–то провозгласили лозунг “модернизация без вестернизации!”, но они не ответили на вопрос как такое возможно. Если ещё про газету, например, можно, не подумавши, сказать, что написанное в ней, её контент, может быть западным и восточным, а сама она “нейтральное средство”, просто бумага (хотя, конечно, это не так, как показал Маклюэн газета модернизирует зрение, другие чувства, мышление и проч.), то, например, про такое техническое “средство” (ха-ха!!!) как Интернет вообще никто не рискнёт сказать, что это нечто “нейтральное” и никак не изменяющее человека. Тем ни менее, Интернет главное оружие и средство коммуникации всех сетевых структур, арабских террористов воющих с США – родиной Интернета. И дело не в том, что они взяли оружие у врага и повернули против него же, себе на пользу, а в том, что именно тогда, когда они взяли оружие врага, они уже стали западными людьми и УЖЕ ПРОИГРАЛИ.

Хорошо, что по миру прошёл блокбастер “Властелин колец”, он помогает объяснять сущность техники вообще. Кольцо всевластия не только управляет всеми кольцами, которые раздали разной живности, но оно принадлежит своему господину и всё время стремится к нему. Им нельзя владеть, хотя это самое сильное искушение. Только оно владеет тобой, пока ты им “владеешь”. И владея тобой, оно изменяет тебя, ведёт к тому миру, в котором было порождено.

Техника завладевает человеком, когда он её использует, он не только освобождается с помощью неё, чтобы потом, если его лишить техники, резко почувствовать несвободу на контрасте (попробуйте отобрать на один день у бизнесмена мобильник, и он почувствует себя инвалидом, а ведь несколько лет назад он делал бизнес без него). Этот глоток свободы, предлагаемой техникой — как доза героина, от дозы трудно отказаться, ломки чудовищны. И люди работают, пускаются во все, чтобы приобретать новые машины, дивайсы, апгрейд. Техника подсаживает на “свободу”. Техника изменяет сознание, и даже боле того, создает само сознание как особый орган (ибо сознание, не нечто натуральное, то что в “голове”, а просто особый философский конструкт). Техника учит с собой обращаться. Человек сначала становится придатком техники, потом сам становить чем-то техническим. Ему необходим ремонт, лечение химическими препаратами, сначала у него искусственные зубы, искусственная пища, потом искусственная иммунная система, сейчас в некоторых фирмах уже начали практиковать вживление чипов в голову, пока добровольно. Кто-то уже меняет пол, пересаживает органы, скоро будут выбирать себе генетику, обслуживаться “умными бактериями”…

Всё это Запад. Но люди при этом будут молиться Будде или Шишиге и гордиться тем, что “сохраняют самобытную культуру” или “религию” (кстати, западные слова).

Что мы хотим сказать всем этим? Мы хотим сказать, что Запад – это серьёзно. Что смешно заниматься патриотическим шапкозакидательством и пытаться противопоставить себя ему с помощью политических угроз, политической борьбы, конкуренции на рынке, с помощью технических новинок в вооружениях…

Если мы хотим хотя бы встать вровень с Западом, надо создавать новый невиданный “дискурс”, новую невиданную “культуру” (вот эти западные понятия уже не подходят!), которая сможет как пожар, как эпидемия распространиться по миру так как у мира не будет никаких антител, так как иммунная система каждой культуры “пропускала” бы наш культурный вирус, так же как сейчас пропускает западные вирусы в виде дискурса и техники.

Но почему мы вообще решили, что мы можем соперничать с Западом? Почему мы не есть обреченные на некое умирание, модернизацию и вестернизацию так же как и все?

Ответ тот же: мы 60 лет назад победили страну и культуру бывшую в то время квинтэссенцией западного мира. Как когда-то греки победили персов. И мы тоже победили каким-то духом. Но в отличие от греков, мы не стали спрашивать – каким? Мы не рефлектировали, мы не эксплицировали условия своей победы, и после горячей войны проиграли холодную войну. Задача, которую мы не выполнили тогда, осталась перед нами и зовёт нас сейчас”.

Комментарии закрыты.